Обвинительный уклон правосудия может быть исправлен присяжными?

логотип Адвокатской газеты на белом фоне

Судебный департамент при Верховном Суде Российской Федерации опубликовал статистику по рассмотрению уголовных дел судами общей юрисдикции за первое полугодие 2018 года.

Статистические показатели не позволяют сделать вывод о кардинальных изменениях:сохраняется репрессивный уклон правосудия. На это указывают неизменно большое количество удовлетворенных ходатайств о заключении под стражу и продлении срока содержания под стражей, число рассмотренных дел в особом порядке, а также мизерный процент оправданий. Между тем, за первые шесть месяцев текущего года Верховный Суд не отменил ни одного оправдательного приговора, основанного на вердикте присяжных заседателей.

Мировые судьи в РФ оправдали 639 человек (из числа лиц, в отношении которых дела разрешены по существу) это составляет 0,33 %, еще в отношении 1020 человек дела прекращены по реабилитирующим основаниям (сюда следует отнести и прекращение уголовных дел вследствие изменения уголовного закона), что составляет 0,53%.

Стоит заметить, что из 639 оправданных, только 126 обвинялись государством (0,06%), а остальные 513 человек (0,26%) получили оправдательный приговор по делам частного обвинения.

Районные (гарнизонные) суды оправдали только 0,15 % лиц, в отношении которых уголовные дела были рассмотрены (389 человек), а прекратили дело по реабилитирующим основаниям в отношении 113 человек (0,045%).

Областные и приравненные к ним суды оправдали 25 человек (1 – по делам частного обвинения), что с учетом количества лиц, в отношении которых постановлялись приговоры, составляет 2,62%, но здесь необходимо иметь ввиду, что данный показатель связан с рассмотрением дел с участием коллегии присяжных заседателей, отдельного учета по данным делам не представлено.

Количество оправдательных приговоров по сравнению с таким же периодом прошлого года практически не изменилось (1160 – в 2017, 1053 – в 2018), однако удельный вес увеличился: в первом полугодии 2018 г. вытащили свой счастливый билет только 0,24 % лиц, уголовные дела в отношении которых были рассмотрены судами, тогда как годом ранее таких оказалось 0,23%.

Районные суды в апелляционном порядке изменили (отменили) оправдательные приговоры в отношении 76 оправданных мировыми судьями лиц (было окончено 16225 дел).

Апелляция областных и приравненных к ним судов отменила (изменила) оправдательные приговоры в отношении 187 граждан (год назад – 154), а апелляция Верховного Суда РФ – в отношении 17 граждан (в 2017 г. – только 4).

Рост количества отмен оправдательных приговоров в апелляционном порядке вряд ли можно объяснить случайностью.

Следует отметить, что областные и приравненные к ним суды отменили обвинительные приговоры с прекращением уголовных дел по реабилитирующим основаниям (отсутствие события или состава преступления) в отношении 34 осужденных (в 2017 г. – таких лиц было 57).

В кассационном порядке областные и приравненные к ним суды отменили 7 оправдательных приговоров, что удивительно, поскольку в силу ст. 401.6 УПК поворот к худшему при пересмотре приговора в кассационном порядке возможен в исключительных случаях, когда, как следует из нормы закона, в ходе судебного разбирательства были допущены такие повлиявшие на исход дела нарушения закона, которые искажают саму суть правосудия и смысл судебного решения как акта правосудия, либо несоблюдение условий добровольного соглашения о сотрудничестве.

Интересным представляется то, что в отличие от 2017 г., в первом полугодии 2018 г. Верховный Суд РФ не отменял оправдательных приговоров, основанных на оправдательном вердикте присяжных заседателей.

Статистика, связанная с отменой обвинительных приговоров в апелляционном или кассационном порядке, в целом не изменилась в сравнении с прошлым годом.

Так, в первом полугодии этого года президиумами областных и приравненных к ним судов отменены обвинительные приговоры судов первой инстанции в отношении 578 осужденных, а кассационной инстанцией Верховного Суда РФ – в отношении 6 лиц (за аналогичный период прошлого года было 545 отмен). Можно предположить, что при повторном рассмотрении дел в отношении этих осужденных, если суды первой или апелляционной инстанции будут неукоснительно выполнять обязательные к исполнению указания кассации, подсудимые получат шанс на оправдание или на существенное смягчение приговора.

Однако кассационная инстанция старается не злоупотреблять направлением уголовных дел на новое рассмотрение, чаще всего изменяя обвинительный приговор.

Так, областная (республиканская, краевая, окружная) кассация изменила приговоры в отношении 2200 лиц, кассация Верховного Суда РФ – в отношении 41 осужденного (в 2017 г. таких лиц было – 2082). В то же время почти на двадцать процентов меньше стало лиц, в отношении которых Президиумы судов не соглашались с апелляционными приговорами и постановлениями, отменяя их на уровне субъекта РФ (или военного округа) в отношении 397 лиц, на уровне судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ – в отношении 6 лиц (всего – 403, тогда как в первом полугодии 2017 г. – 511).

В 25 случаях кассации пришли к выводу, что уголовные дела подлежат прекращению за отсутствием в действиях осужденного состава преступления ли отсутствия события преступления (в I-м полугодии 2017 г. – 28 лиц получили право на реабилитацию).

Анализ статистики рассмотрения уголовных дел российскими судами, приведенной Судебным департаментом при Верховном Суде РФ, позволяет сделать вывод о том что репрессивный уклон правосудия не изменился, и практически с каждым годом количество оправданий становится все меньше. Можно услышать возражения со стороны судейского сообщества, дескать, это не так, просто значительно улучшилось качество предварительного следствия и работы прокуратуры, которые не допускают в суды уголовные дела с недоказанным обвинением. Однако практический опыт работы в судах свидетельствует об обратном.

Практика прекращения уголовных дел на стадии предварительного расследования практически исключена, не говоря уже о ситуациях, когда лицо, которому предъявлено обвинение, оказалось заключено под стражу. А таковых в первом полугодии 2018 г. стало меньше на 6095 человек (на 11%). Можно было бы на первый взгляд сделать реверанс в сторону судов, чаще отказывающих в удовлетворении необоснованных ходатайств следствия. Однако это не так. Просто либо следователи стали более избирательно относиться к арестам, не заключая под стражу при малейших формальных основаниях или без таковых, или просто количество лиц, в отношении которых можно было бы это сделать, стало меньше.

Районными (городскими, гарнизонными) судами в 2018 г. было заключено под стражу 51555 обвиняемых (подозреваемых), то есть удовлетворяется 9 из 10 заявленных ходатайств органов предварительного расследования (89,3%). В аналогичном периоде прошлого года поместили под стражу на основании постановлений судов 57650 человек (89,9% от числа заявленных ходатайств). Еще более устрашающая статистика по продлениям сроков содержания под стражей. Судами удовлетворяется 97,6% ходатайств следствия о таком продлении, то есть примерно один раз из 40 суды все же находят основания отказать следствию в этом.

Это влечет в свою очередь безнаказанность в необоснованных продлениях сроков следствия и заключения под стражей, волокиту по уголовному делу, ведь не случайно, законодателем наконец-таки был принят закон о зачете сроков содержания в СИЗО и ИВС назначенных сроков наказания по делам о преступлениях, не являющихся особо тяжкими.

Можно отметить, что тенденция расширения избрания меры пресечения в виде домашнего ареста или залога, остановилась. Более того, в текущем периоде только в 76 случаях суд применил залог в качестве меры пресечения (в аналогичном периоде 2017 г. – 80 случаев) в ходатайствам следственных органов, и только в отношении 134 лиц – нашел возможность заменить на него иную, предлагаемую следствием меру пресечения), что почти на 17 % меньше, чем в первом полугодии 2017 г.

Количество удовлетворенных ходатайств об избрании меры пресечения в виде домашнего ареста увеличилось меньше, чем на 100, что не позволяет отмечать какую-либо динамику. Суды удовлетворяют ходатайства о домашнем аресте в той же пропорции, что и о заключении под стражей (в 88,5% случаев).

В порядке апелляции судами были признаны незаконными и отменены постановления в отношении 935 лиц (в первом полугодии 2017 г. – в отношении 967, еще в отношении 35 обвиняемых постановление о заключении под стражу было заменено на залог (в 2017 г. – в отношении 48), а 284 лица смогли после апелляционного обжалования получить возможность дожидаться суда дома (с заключения под стражу меру пресечения изменили на домашний арест).

В условиях, когда динамика преступности в России не может характеризоваться значительным спадом, а раскрываемость преступлений, наоборот, падает из года в год, можно отметить, что не изменяется только уголовная статистика при отправлении правосудия. С принятием действующего УПК в начале 2000-х гг. еще была надежда о том, что задекларированные принципы уголовного судопроизводства наряду с повышением качества работы следственно-прокурорских органов и суда приведут к искоренению столь печальной статистики, позволяющей определить российский уголовный процесс как инквизиционный, но никак не как состязательный. Снижение количества оправдательных приговоров может свидетельствовать только о том, что суды продолжают идти в тесной связке со стороной обвинения закрывая их бреши минимальными наказаниями, возвращениями уголовных дел на доследование, широким применением особого порядка судебного разбирательства, который навязывается на досудебной стадии судопроизводства.

 

Читать полную версию статьи “Обвинительный уклон правосудия может быть исправлен присяжными?” с комментарием Старшего партнера, адвоката по уголовным делам Алексея Нянькина можно на сайте Адвокатская газета от 02 ноября 2018 года.

Понравилась статья? Сохрани в своей соцсети!

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Наш сайт использует файлы cookies, чтобы улучшить работу и повысить эффективность сайта. Продолжая работу с сайтом, вы соглашаетесь с использованием нами cookies и политикой конфиденциальности.

Принять